Томас С. Элиот. ПРАКТИЧЕСКОЕ КОТОВЕДЕНИЕ
|
Эта книга почтительно посвящается всем друзьям,
которые помогли ее создать, поддерживая меня, критикуя и внося
свои предложения, и в первую очередь: г-ну Т.Е. Фаберу, мисс
Элисон Тенди, мисс Сьюзан Волскотт, мисс Сюзанне Морлей и
Человеку в Белых Гетрах.
|
КОШАЧЬИ ИМЕНА
Кота окрестить — не пустая забава,
Поверьте, задача не так уж проста.
"Свихнулся!" — вы скажете. Пусть! Только, право,
ТРИ ИМЕНИ РАЗНЫХ быть должно у кота.
Может имя домашнее быть безыскусным:
Что ж, семья об удобстве здесь печься
вольна,
Скажем, Питер, Алонзо, Билл Бейли, Августа —
Вот разумные, будничные имена.
Ну, а впрочем, кому-то для пущего шика
И экзотика тоже, пожалуй, нужна:
Скажем, Зевс иль Платон, иль Деметра, иль Ника -
Вот добротно-обыденные имена.
Только кошке нужно и особое имя,
Благородней, точней. Да и то ведь
сказать,
Ей же нужно гордиться усами своими,
И держать хвост трубой, и себя уважать.
И подобных имен есть огромное множество:
Сладкоежка, Ревун, Полотер, Салабон,
Грозный рык, Сладкий лик или Пегая рожица —
Вот примеры таких уникальных имен.
И последнее имя. Заметим при этом:
Человеку его нипочем не узнать.
Никакая наука не даст вам ответа —
Кошка ж знает его, только будет молчать.
Если кошка сидит, погруженная в мысли,
То причина тому, уж поверьте, одна:
Размышляет она лишь об истинном смысле,
Что скрывают, таят и хранят имена.
Несказанно-сказанно-
Никем
не узнанные
Сокровенно-особенные имена.
КОШКА-ТЕТУШКА
Средь множества моих друзей есть Дженни
Пестроватая
Шубейка пестрая на ней пятнисто-полосатая.
То сядет сиднем у окна, то может плед облюбовать.
Вот так сидит-сидит она - прям Тетушка ни дать ни взять.
Но лишь суета затихает дневная,
Работа у Тетушки вмиг закипает.
Уснут домочадцы, кругом тишина -
Подол подоткнув, в погреб лезет она.
Вот мыши ее беспокоят, к примеру,
Ведут себя жутко и что за манеры!
И выстроив их от велика до мала,
Их учит она и шитью, и вокалу.
Средь множества моих друзей есть Дженни
Пестроватая -
Местечки любит потеплей - ну там, где солнце пятнами.
Клубком свернется у огня, на шляпе может отдыхать:
Вот так подружка у меня - ну Тетушка ни дать ни взять.
Но лишь суета затихает дневная,
Для Тетушки тут самый пик наступает.
Чего-то там мыши опять расшумелись -
Не иначе продуктов несвежих объелись.
Надо срочно подправить малюткам диету -
И она варит каши, и жарит котлеты,
И печет пироги из крупы и гороха,
И считает - сырку бы добавить неплохо.
С одною киской я знаком по кличке Пестроватая:
Плетет, играя со шнурком, узлы замысловатые,
Присесть на гладком норовит, на плоском любит полежать.
Вот так сидит весь день, сидит - ну Тетушка ни дать ни взять.
Но лишь суета затихает дневная,
Разгар всех работ для нее наступает.
Вот, скажем, найти б тараканам работу,
Чтоб их не морили без толку, без счету.
И Тетушка лепит из буйной ватаги
Усердных бойскаутов, полных отваги,
Готовых к труду без нытья и капризов,
И форму им шьет по своим же эскизам.
Так грянем "ура" в честь хозяек
хвостатых:
Похоже, без них нет порядка, ребята.
ПОСЛЕДНИЙ ПРИВАЛ ТИГРОРЫКА
Котом был бравым ТИГРОРЫК. Он на барже
ходил,
И был задира из задир, грозою Темзы был.
Он в Грейвсенде врагов кусал, а в Оксфорде царапал,
Всю реку целиком держал в своих преступных лапах.
Плевал он на приличия, манеры презирал,
И затрапезное пальто лишь раз в году стирал.
Лишился где-то уха он - понять нетрудно где,
И глаз единственный его озлобленно глядел.
И в пригородах Лондона, во всех до одного,
Невольно всякий вздрагивал при имени его.
Лишь слух пройдет, что рядом он - и по округе всей
Народ курятники чинил и запирал гусей.
Ах, канарейку бедную и клетка не спасет.
И пекинес изнеженный от кары не уйдет.
Пускай забьется крыса в трюм - беднягу не спасти.
И смерть коту, кто встать посмел у Рыка на пути.
Однако, злобою дыша, он доказал не раз,
Что всех презреннее коты заморских всяких рас.
И в страхе прятались коты изысканных пород -
Ведь Рыку ухо откусил один сиамский кот!
Вот как-то летом ночь была душиста и светла
Сияла яркая луна, и баржа в дрейф легла.
В молочном лунном свете она качалась на волне.
И наш герой на легкий флирт настроен был вполне.
Его дружок ЛУЖЕНЫЙ давным-давно бродяжничал
И где-то в пабах Хемпстона не просыхая, бражничал.
И так же БРУТ, дружок второй, давненько пропадал:
Небось, в каком-нибудь дворе добычу поджидал.
И вот у баржи на носу указанной порой
С девицей ШКВАРКОЙ без помех мурлыкал наш герой.
Команда завалилась спать без задних ног, когда
К барже на джонках подошла Сиамская орда.
В девицу эту вперив глаз, ее лишь слышал
он,
А деву, по всему, пленил рычащий баритон.
Настроившись на отдых, вовсе он гостей не ждал -
Но уже в глазах сиамских лунный свет, дробясь, мерцал.
А джонки кружат около, сужаются круги,
Без всплеска и без шороха скользят вперед враги.
Допеть последний свой дуэт им было не дано:
Ведь враг меж тем ножи точил и вилки заодно.
Главарь пустил петарду, и, войдя немедля
в раж,
Пошла раскосая орда вперед на абордаж!
Покинув джонки и плоты, чтобы закрепить успех,
Они команде все пути отрезали наверх.
Тут Шкварка голосом дурным от страха завизжала;
Как ни прискорбно, но она быстрехонько сбежала.
Спаслась, конечно - утонуть она могла едва ли,
А Тигрорык попал в кольцо блестящей грозно стали.
Еще рывок - коварный враг вплотную подступил,
И изумленный Тигрорык в пучину сброшен был.
Он сотню добрую врагов отправил к праотцам,
И вот теперь пошел на дно - буль-буль! - преступник сам.
Едва по Темзе слух прошел, народ возликовал,
На всех причалах стар и млад и пел, и танцевал.
Крыс подавали целиком, гулял и порт и док,
И на празднике народном веселился весь Бангкок.
ТАРАРАМ
Тарарам - совсем особенный Кот!
Предложи ему фазана - глаз на рябчика косит,
Ну-ка, в дом его проси - он квартиру предпочтет,
Но в квартиру не войдет - нет, обратно в дом проси.
Мышка? Боже упаси - лучше крысу он найдет,
Крыса? Ясно наперед - он же ясно мышь просил.
Да, Тарарам - совсем особенный Кот!
Но, пожалуй, причитать не буду
зря:
Так
упрям, да,
Прям
беда, да!
И
поделать с этим ничего нельзя!
Тарарам - таких зануд поискать!
Лишь его впусти - ему срочно надо прочь.
Вечно он сидит под дверью: то домой, то погулять.
Но едва домой вернулся - тут же он пройтись не прочь.
В ящике комода любит полежать.
Но попробуй-ка ему, когда застрянет, не помочь!
Да, Тарарам - он кот другим не чета!
Так что даже возражать не буду
зря:
Так
упрям, да,
Прям
беда, да!
И
поделать с этим ничего нельзя!
Тарарам - зверей диковинней нет!
Все всегда поперек - как его только станет!
Ты дай ему рыбу - он потребует котлет,
Если рыбы в доме нет - то на мясо он не взглянет.
Предложи ему сливок - лишь чихнет с презреньем.
Только то и ест, что утащит втихаря.
А потом его застанешь то в сметане, то в варенье,
Так что все это на полку ты прибрал не зря.
Наш Тарарам горазд на проказы.
Себя обнять ни за что он не позволит.
Но чуть ты за шитье - прыг к тебе на руки сразу:
Не корми его хлебом, дай шурум-бурум устроить.
Да, Тарарам, он кот - другим не чета.
Что ж, придется видно
нам признать, друзья:
Он
упрям, да,
Прям
беда, да!
Но
поделать с этим ничего нельзя!
ПЕСЕНКА ГЕЛЛО-КОТОВ
|
Гелло-коты, айда гулять,
Все как один, наш час настал!
Гулена луна начала сиять,
Геллы спешат па загулъный бал.
|
Геллы - коты некрупной породы,
Геллы - коты черно-белого цвета.
Геллы - резвы и умны от природы,
Весьма мелодичны их гала-концерты.
Гелло-коты - улыбчивы очень,
У Гелло-котов - глаза черны.
Шлифуют манеры, и позы, и прочее
И ждут появленья гулены луны.
Гелло-коты велики не слишком,
Геллы не рвутся взрослыми стать.
Геллы - бутузы и коротышки,
Но лихо умеют гавот танцевать.
К лунному балу готовясь заранее,
Сил набираются и притом
Тщательно моют они за ушами,
Тщательно моют они под хвостом.
Геллы бывают белые с черным,
Умеренных форм они, так сказать,
Геллы - прыгучи, Геллы - проворны,
И в лунном свете горят их глаза.
А утро они проводят спокойно,
А днем они благодушья полны,
И копят силы они, чтоб достойно
Служить Терпсихоре в сиянье луны.
Как пояснил я, Геллы бывают
Черные с белым и малых размеров.
Если же выпадет ночь грозовая,
Могут и в холле размяться, к примеру.
Если же солнце во всю сияет -
Подумает кто-то: им дела мало.
А это просто они отдыхают
До новой луны и до нового бала.
ШАРОМЫГА И РАЗВАЛЯХА
Шаромыга и Разваляха -
та еще была парочка славных котов:
Что-то вроде уличных акробатов,
канатоходцев и дерзких шутов.
Скандальной была их репутация.
Им домом старинный служил особняк -
Но там был всего лишь штаб операций,
ведь были они парой страстных бродяг.
И прекрасно их знали в любом квартале:
от Кэнсингтон Сквэр до Виктория Гров.
В общем, столько славы полезно едва ли
для кого-нибудь из домашних котов.
Если дверь распахнулась
сама собою,
А подвал стал похож вдруг на поле боя,
Если вдруг черепица сместилась слегка,
И в итоге в гостиной течет с потолка,
Если вывернут наизнанку комод,
И хозяин жилет свой никак не найдет,
А то после ужина в доме аврал -
Пусть жемчуг поддельный. Но куда он пропал?
Тут домашние скажут: "Беда, а не кот!
Это был Шаромыга - иль Разваляха?"
Правда, тем и закончится весь эпизод.
Шаромыга и Разваляха -
заговаривать зубы могли умело,
И успешно поставив разбой на поток,
всю округу громили со знанием дела.
Хоть в приличном квартале стоял их дом,
приличных занятий не ведали сроду.
Поболтать же любили о том, о сем
с полицейским, состроив приличную морду.
Вот к обеду семья
собралась в воскресенье,
Про диету на время забыв с облегченьем,
Ах, филей, и салат, и картофель отменный!
Тут выходит кухарка на авансцену.
И от горя, бедняжка, едва не шатается.
Говорит: "Извините, обед отменяется.
Аргентинский филей был в духовке, и вот..."
Тут и скажет семейство: "Беда, а не кот!
Это был Шаромыга - иль Разваляха?"
Правда, тем и закончится весь эпизод.
Шаромыга и Разваляха провернули вдвоем
делишек немало,
В общем, можно сказать, иногда им был фарт,
иногда - что-то в воздухе, видно, витало.
И несутся по дому они, как тайфун -
кто ж поручится в здравом уме головою -
Шаромыга ли там, Разваляха ли был?
А может, там попросту были двое?
Когда в гостиной
слышится шум
Иль вдруг в кладовой раздается - бум!
Бабах! - в кабинете, и вазы нет,
А считалось - династии Мин раритет.
Тут и скажет семейство: "Так что ж там за кот?
А там - Шаромыга - и Разваляха!"
И никто никогда им хвостов не прижмет!
КОТ ВТОРОЗАКОНИЕ
Второзаконие отжил свой век,
А затем век за веком - котовья история.
Много раньше восславил его человек,
Чем взошла на престол королева Виктория.
И девять жен старый кот схоронил,
А то - вот соблазн! - сказать девятью девять.
И счастливым отцом многократно он был,
И в закатные дни им так гордится деревня.
Грея кости, с блаженною физиономией
Со стены при часовне глядит с высоты.
И прошамкает житель старейший: "Ах ты...
Бог мой... Чудится... Право же... Да... Нет...
Да ну!
Дай взгляну!
Я, может, и спутал, но верится мне:
Старый друг это - Второзаконие!"
Второзаконие любит сидеть
На улице главной во дни торгов.
Овца может блеять, а вол - реветь,
Но пастух и собаки их гонят кругом.
По обочине фуры идут и авто,
Знак сельчане поставят: ПРОЕЗД ЗАПРЕЩЕН,
Чтоб кота не могло потревожить ничто
В час, когда отдохнуть вознамерился он
Иль продумать домашний режим экономии.
И прошамкает житель старейший: "Ах, ты...
Бог мой... Чудится... Право же... Да... Нет...
Да ну!
Дай взгляну!
Глаза-то не видят, но кажется мне,
Что сыр-бор из-за старого Второзакония!"
Второзаконие может вздремнуть
Днем в трактире "Французский рожок и лисица".
И лишь скажут мужчины: "Давай по чуть-чуть!"
Тут и выйдет хозяйка и к ним обратится:
"Черным ходом ступайте-ка, мол, ради Бога,
Ведь нельзя же - ни-ни! - разбудить старика-то,
Да потише - полицию вызвать недолго!"
И как милые прочь поплетутся ребята -
Ибо пищеварительную гармонию
Надо чтить у котов, как святая святых.
И прошамкает житель старейший: "Ах, ты...
Бог мой... Чудится... Право же... Да... Нет...
Да ну!
Дай взгляну!
Раз ноги не держат - замедлю шаги,
Да с оглядкой на Второзаконие!"
ОБ УЖАСНОМ СРАЖЕНИИ МЕЖДУ ХИНАМИ И ПОЛЛИ
А также кое-что об участии Мопсов и Шпицев и о вмешательстве
Великого Кота-Задиры
Все Хины и Полли - любому известно -
Враждуют друг с другом сурово и честно.
Вражда их извечна и повсеместна.
А что же касается Мопсов и Шпицев -
Те драться не любят, но, как говорится,
При случае тоже не прочь отличиться,
И ну:
Гав гав гав
гав
Гав гав ГАВ
ГАВ
Лишь эхо по парку несется стремглав.
В тот день, о котором хочу рассказать,
С неделю уж тишь воцарилась да гладь -
(Для Хина иль Полли - рекорд, так сказать).
Полицейский Бульдог вдруг прервал свой обход.
Что там было - не знаю, но кой-кто говорил,
Опрокинуть рюмаху он, видно, решил.
И кругом - ни души, разошелся народ.
И столкнулись тут Полли и Хин. Ну так вот -
Ни назад, но и, можно сказать, ни вперед -
Только око сверкает да лапа скребет.
И давай:
Гав гав гав
гав
Гав гав ГАВ
ГАВ
Лишь эхо по парку носилось стремглав.
А при этом - учтите! - отеческий край
Басурманина Хина - не Лондон, Китай.
Так что прочие Хины, заслышав шум-гам,
Как рванули - кто к окнам, кто сразу к дверям;
И собралась их дюжина с хвостиком там.
Собрались, по-китайски ворча, и давай -
Вместе подняли дружный обиженный лай.
Что ж до Полли - они обожают скандалы:
Поль-терьер - из Йоркшира задира бывалый.
А шотландские родичи Полли - кусаки,
И дерутся в бою до последней собаки.
И шотландцы рванули, волынки настроив,
И мятежные марши гремели над строем.
Тут как лопнет терпенье у Мопсов и Шпицев,
Кто с балкона, кто с крыши спешат подключиться
В общий хай,
Мол, давай,
И-и:
Гав гав гав
гав
Гав гав ГАВ
ГАВ
Лишь эхо по парку носилось стремглав.
Так собранье героев отважных общалось,
Аж движенье все встало, и метро закачалось.
И в смятенье соседи, от страха шалея,
Дозвониться пожарным пытались скорее.
И тогда-то из полуподвальной квартиры
Вышел... кто? Ба, сам лично КОТИЩЕ-ЗАДИРА,
Как факелы, грозно мерцали глазища,
Зевнул во весь рот - ох, какие зубища!
Он зыркал кругом - прям, не скажешь иначе! -
И был всех ужасней, и был всех лохмаче,
Опять же над пастью вновь очи сверкнули.
И Мопсы, и Полли все сразу смекнули,
На небо он - зырк! Разбежался - да прыг!
И все - словно овцы - рассеялись вмиг.
И вернувшись на пост, Полицейский наш
друг
Ни единой души не увидел вокруг.
МИСТЕР МИСТОФЕЛЬ
Знакомьтесь-ка, это - Мистер Мистофель,
Непревзойденный фокусник-кот.
(Сомневаться не стоит на этот счет).
Не извольте смеяться! Вниманье! Тем более,
Он свои лишь придумки в концерт берет.
Нет других и ни в Лондоне, ни в метрополии.
В лапах его - монополия
Нa создание иллюзий оптических
И путаниц эксцентрических.
О, престидижитация
И ловкость лап, и вот,
Хоть наглядна демонстрация,
Он вновь вас проведет.
Известнейшим магам поучиться не грех,
Когда Мистер Мистофель колдует при всех.
Ну-ка!
Да как пошло!
И кричим
мы: О!
Эхма,
братцы,
Ведь
признаться,
Нечасто
родятся
Волшебники
вроде Мистофеля!
Он тщедушен и сдержан, наш кот,
Черен он от хвоста до ушей.
Он по узенькой кромке пройдет,
Просочится в малейшую щель,
Из колоды туза извлечет.
Точно так же в костях он мастак.
Только вас он заставит при этом представить -
Мол, гоняет мышей просто так.
И сгодится для фокусов нож,
Пробка, рыбного фарша пакет,
Скажем, вилку никак не найдешь
Или хватишься ложки в обед -
Вроде видел вот только и вилку, и нож,
А неделю спустя во дворе их найдешь.
И кричим мы: О!
Эхма, братцы,
Ведь признаться,
Нечасто родятся
Волшебники
вроде Мистофеля!
Вроде нету скромней никого!
Вечно вежлив и с ласковой миной.
Нo слыхали на крыше его,
В час, когда он лежал у камина.
Иль мурлыкает он у камина,
Но ищите на крыше его!
(Но ведь мы наяву все слыхали Мяу!)
Что докажет яснее всего,
Как могуч его дар уникальный.
Домочадцы, бывало, не раз
Битый час его в дом зазывали -
Он же в холле дремал в этот
час.
А как-то на днях этот кот-чародей
Извлек семь котяток из шляпы своей!
И кричим мы: О!
Эхма, братцы,
Ведь
признаться,
Нечасто
родятся
Волшебники
вроде Мистофеля!
МАКЭВИТИ - ТАИНСТВЕННЫЙ КОТ
Он Тихой Лапой действует, в злодействах
закален,
Таинственный Макэвити совсем не чтит закон.
И Скотланд Ярд в смятении напрасно ищет след
На месте преступленья: ведь Макэвити там нет!
Макэвити, один такой - преступит без сомнения
Закон любой, вот хоть закон земного притяжения,
Как воспарит - факир любой сочтет себя задетым:
Вы - к месту преступленья, но -Макэвити там нету!
Хоть ищи его в подвале, хоть за тучкою, при этом
Я повторю хоть тыщу раз: Макэвити там нету!
Макэвити - он рыжеват, и худ, и долговяз;
Всяк его тотчас узнает - выдаст блеск запавших глаз.
А на челе - раздумий след, как купол голова.
Пальто в пыли, усов пучки приглажены едва.
И, как змея, он головой вертит туда-сюда:
Ты думаешь, уснул - ан нет, он начеку всегда.
И как никто Макэвити нас держит в напряжении,
Он - дьявол в облике кота, порока воплощение.
Вот он - в парке, в переулке, точно он по всем приметам,
Но вскрылось преступленье - что ж? Макэвити там нету!
Он видом статен (в карты он плутует, говорят),
Снять с его лап отпечатки тщетно рвется Скотланд Ярд.
Когда ограблен ваш подвал и взломан сейф притом,
Исчезли сливки, снова хин придушен был тайком,
В теплице - стекла вдребезги, в щепу - весь парапет,
То вот ведь чудо из чудес - Макэвити там нет!
Иль до политиков дойдет - провален мирный
пакт,
В адмиралтействе ль хватятся то чертежей, то карт.
Глядь, а в холле - лишь обрывки документа - где секреты?
Но бесполезно выяснять: Макэвити там нету!
Пропажу выявив, начнут спецслужбы размышлять:
"Здесь - точно след Макэвити!" - да сам он - миль
за пять.
И досуг проводит мирно, лижет лапу, например,
Иль в уме решает сложный на деление пример.
Ведь как никто Макэвити возьмет вас обхождением,
Но нет кота, кто так же смог ввести б вас в заблуждение,
Железно алиби его, и пара впрок - дуплетом.
Но где бы, что бы ни стряслось - МАКЭВИТИ ТАМ НЕТУ!
Говорят, что все коты, чьим прегрешеньям мир дивится,
(Стоит вспомнить Разваляху или Шкварку вот, девицу),
Всего лишь на подхвате у Кота, кто испокон
Правит бал: в преступном мире этот кот - Наполеон!
ГАС - ТЕАТРАЛЬНЫЙ КОТ
Входишь в театр - а он тут как тут.
Его, между прочим, по правде зовут
Аспарагас. - Имя такое не враз
Осилишь. Вот мы и зовем его - Гас.
Поношен пиджак, худ как щепка на вид.
Одолел паралич - вон и лапа дрожит.
А ведь хватом когда-то он слыл средь котов,
Хоть теперь безобиден для всех грызунов.
Да, не тот он, что был в молодые года -
Говорит, его имя гремело тогда.
И встречая приятелей в клубе порой
(Кстати, клуб - на задворках ближайшей пивной),
Он пропустит стаканчик (за чей-нибудь счет)
И рассказ свой о днях золотых заведет.
Ибо яркой звездою в те дни он сиял,
Был партнером он Ирвингу, с Три он играл.
"Ах, успех! Ах, подмостки!" - твердит он сейчас,
Где раек освистал его как-то семь раз.
Но главным свершеньем - он клясться готов -
Стал его "Огнеглот, иль Исчадье холмов".
"Роли нет,- говорит он,- чтоб я не
сыграл.
Монологов на память штук семьдесят знал.
Мог подыгрывать с ходу, экспромтом острить
И умел я кота из мешка отпустить.
Мог играть я спиною, и даже хвостом.
Репетировал с час - и в порядке потом.
А мой голос - он сердце смягчил не одно.
В главной роли, в характерной ли - все равно.
У одра Крошки Нелл плакал с нею вдвоем,
А при звоне вечернем я был звонарем.
В пантомиме я времени зря не терял -
Раз кота Дика Виттингтона подменял.
Но шедевром бесспорным во веки веков
Стал мой "Огнеглот, иль Исчадье холмов"".
А потом, если кто ему джина плеснет,
Он успех свой в спектакле "Ист Линн" помянет.
Как прошелся он в пьесе Шекспира - мечта!
(Кто-то выпустить вздумал на сцену кота).
Воплотил как-то Тигра - и вновь бы сыграл,
А полковник индийский его загонял.
И получше иных он сумел бы опять
Разодрать душу воплем, чтоб духов призвать.
Раз по проволоке сцену смог перейти,
Чтоб дитя из горящего дома спасти.
Он вздыхает: "Кто ж нынешних учит сейчас?
Как учили в эпоху Виктории нас.
В постоянной лишь труппе - и класс, и муштра.
Эти ж - в обруч скакнет - все, он гений, ура!"
И еще - сам же чешет когтями живот:
"Да. Театр, без сомненья, уж больше не тот!
Пусть кто-то принять эти пьесы готов,
Равных нет - сам слыхал я от многих котов -
Той вершине магической,
Как мой образ классический -
Как мой "Огнеглот, иль Исчадье холмов""!
ХВАСТОФЕР ДЖОНС - ГОРОДСКОЙ КОТ
Кот этот вовсе не кожа да кости
-
Он сыт и упитан на вид.
Пабов вовсе не любит: восемь-девять есть клубов,
Где он членом как кот с Сэнт Джеймс Стрит.
Всяк отвесит поклон, когда шествует он -
В импозантном пальто господин.
У котов у простых не бывает таких
Стильных брюк и спины как аршин.
И в раине Сэнт Джеймса не найдешь, не надейся
Имени, элегантней, чем это.
И так лестно бывает, если вдруг нам кивает
Денди, в белые гетры одетый.
Он наносит визиты в массу клубов элитных,
Хоть по правилам вовсе негоже,
Чтоб какой-нибудь кот совмещал без хлопот
Членство в клубах таких непохожих.
Предположим, что в плане - пик охоты фазаньей.
Он - к охотникам в клуб. Иногда
Он с веселой богемой в клубе "Фильма и сцена",
Где креветки отменны всегда.
А в сезон оленины - для души именины:
Сочный стейк он вкушает счастливо.
Но пред этим - а как же?- в полдень, ни-ни чтоб раньше,
Время светского аперитива.
Коль стрелою он мчится, значит, карри дымится
"У Сиама" - и модно, и вкусно!
Если ж вдруг он подавлен - светский ленч был недавно,
Но в меню - только рис и капуста.
И таким вот путем день проводит за днем
И из клуба спешит прямо в клуб.
И фигура у Джонса, без сомненья, из конуса
На глазах превращается в куб!
Не сойти чтоб мне с места - фунтов двадцать пять веса,
И толстеет он день ото дня.
Но считает: "Всем ясно, что я в форме прекрасной,
Ибо строгий режим у меня!"
Скажем в рифму: сей кот многих переживет,
И пускай он тучнее других,
И Пэлл Мэлл на века будет славен, пока
Джонс там шествует в гетрах своих!
КОТ-ШАТУН (ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНЫЙ КОТ)
На платформе - ox! и ах! Скоро полночь
на часах,
И уже ночной Экспресс отправки ждет.
"Где ж Шатун? - народ вздыхает. - Не с наперстком ли играет?
Не найдем его - так поезд не пойдет".
Все носильщики, кассиры и детишки бригадира
Обыскали и вокзал, да и пути,
"Где же, где он? - причитая. - Ведь, не дай Бог, захворает,
Без него нельзя Экспрессу отойти".
Две минуты, пять минут - нет, отправки не дают,
Пассажиры от волнения дрожат -
И тогда Шатун выходит, поезд медленно обходит:
Он был занят на погрузке багажа!
Да как вспыхнет глаз презеленый свет -
Запоет сигнал: "Вперед!"
И, как надлежало, к северу Земного шара
Наконец-то поезд
наш идет!
Спальный катится Экспресс, получается,
что здесь
Кот-Шатун руководит.
Начиная с машиниста и до грузчиков за вистом -
Он по мере сил за всеми проследит.
Вот идет коридором, всех обводит строгим взором -
Хоть в купейном, хоть в плацкарте пассажир.
И порядок наведет, совершая свой обход
С тем, чтоб, если что не так, он в курсе б был.
И глядит он не мигая, мысли на ходу читая,
И при нем, конечно, не пройдут
Крики, хохот, беспорядок - посему, когда он рядом,
Все вокруг себя как паиньки ведут.
Шутки плохи с ним, с Шатуном самим,
Не поспоришь ты
с этим котом;
И поезд мчит вперед, и все путем идет,
Если Кот-Шатун едет
в нем.
До чего же хорошо, ты купе свое нашел,
На двери стоит фамилия твоя.
Ни пылинки на полу - полка спальная в углу,
А на полке - стопка свежего белья.
Если свет включать пора - есть и лампа, есть и бра,
Вот и кнопка, чтоб устроить сквознячок.
Умывальник как корытце, если вздумаешь умыться,
А чихать начнешь - окошко на крючок.
Проводник отменно вежлив, заглянув, он спросит нежно:
"Вам покрепче иль полегче утром чай?"
Кот же - за его спиною, он напомнит, будь спокоен,
Он порядок обеспечит, так и знай.
А потом - и спать, одеяло натянув,
На постели уютной
такой.
Тут задуматься пора, как отрадно знать,
Что мыши, к примеру, не будут досаждать.
Никаких забот, если рядом кот,
Кот, что в поезде
едет с тобой.
На посту своем ночном не присядет нипочем
-
Полон бодрости всегда, видит Бог.
Чай прихлебывает - чистый или разве с каплей виски,
А задержится - лишь если ловит блох.
Ты десятый видел сон - где же знать тебе, что он,
Скажем, в Кру гулял по станции кругами,
И в Карлайле дел немало - там дежурный по вокзалу
Старый друг, и было бурным их свиданье.
В пункте следующем встанешь - на посту его застанешь,
Где наряд он, если надо, вызвать может.
К Гэллоугэйт подходит поезд - ни о чем не беспокоясь,
Ты сойдешь, поскольку он тебе поможет!
Прощаясь, он своим длинным хвостом
Будь здоров, мол,
тебе махнет.
Но в Экспрессе ты потом вновь столкнешься
с Шатуном -
Он же Железнодорожный
Кот!
КАК ЗАГОВОРИТЬ С КОТОМ
Ты разных повстречал Котов,
Теперь мне думается, что
Ты их без переводчика
Понять способен, в общем-то.
Теперь ты знаешь, что Коты -
Они совсем как я и ты,
И люди прочие кругом -
Различны нравом и умом.
Вот тот - безумен, этот - здрав,
В том - добрый, в том - злодейский нрав.
С тем - проще, с этим - дело швах -
И место всем им есть в стихах.
Узнал ты игры их и труд
И как их правильно зовут,
Среду, привычки, стол и дом:
Так как заговорить с Котом?
Сперва подумай-ка всерьез
О том, что Кот - он ведь не пес.
Псы вроде драку уважают,
Да больше лают, чем кусают.
Собаки в целом все-таки -
Уж скажем прямо - простаки!
Хоть хинов исключить придется
И прочих маленьких уродцев.
Обычный пес при всем притом
Не против выступить шутом.
Ему, чем норов показать, показать,
Уж лучше морду потерять.
Как приручить его легко!
Слегка почешешь за ушком,
Погладишь, лапу теребя -
И он от счастья вне себя.
Придет, не дорожа собой,
На крик любой, на зов любой.
Напомню главное, так вот
Пес - это Пес, КОТ - это КОТ.
С людьми - так правило гласит -
Пусть первым Кот заговорит.
Я не согласен, нет, к Котам
Ты обращаться должен сам.
Но стоит помнить, что Коты
Не сразу перейдут на "ты".
С поклоном шляпу я сниму,
"О, КОТ!" - я обращусь к нему.
Однако,если он - сосед
И мы знакомы много лет
(Ко мне он ходит иногда)
"Ну здравствуй, Кот!" - скажу тогда.
Он вроде Джеймс, да не с руки
Так звать его - мы не близки.
И прежде, чем приличный Кот
До близкой дружбы снизойдет,
Сперва уважь его слегка -
Плесни, допустим, молока.
И допускает этикет
Икорку, Страсбургский паштет,
Сойдет и рябчик, и лосось -
У каждого свой вкус, небось.
(Вот я Кота, к примеру, знаю,
Что кролика лишь уважает.
Откушав, лапы ну лизать -
Чтоб соусу не пропадать).
Итак, имеет право Кот
На уваженье и почет.
Дается цель не без труда
- По ИМЕНИ назвать Кота.
И значит, так тому и быть,
С Котом лишь так и говорить.
ЗНАКОМЬТЕСЬ: КОТ МОРГАН
Слышь, сам я пиратничал в дальних морях
- А нынче - в отставке швейцаром дежурным.
На Блумсбери Сквэре стою при дверях:
Не служба, а прям-таки досуг культурный.
Из рябчиков я уважаю рагу,
Вот также и сливки в горшочке отменны.
Нальют - дак и с радостью выпить могу,
И рыбкой слегка закусить после смены.
По части манер я не больно того,
Но себя вот блюду и люблю приодеться,
Говорят - и желать-то мне боле чего? -
Мол, у старого Моргана - доброе сердце.
Эх, меня потрепало в походах не раз,
Вот обратно ж и голос порядком хрипатый.
Так скажу - и учти, я брехать не горазд,
Но на старого Моргана падки девчата.
Отчего бы совета мне тебе и не дать:
Коль нужон тебе Фабер - хоть этот, хоть
тот,
Ноги зря ты не бей, время зря ты не трать,
Дуй на вход, там твой друг - у дверей старый
Кот.
МОРГАН.
|
Большие произведения
Внимание! Большие произведения загружаются долго.
|
